Вместо предисловия.

Наш новогодний номер мы начинаем публикацией воспоминаний (с продолжением, как детективный роман, впрочем, он и читается, как детективный роман, в чем вы убедитесь уже с первых страниц) одного из старейших членов
нашей джазовой семьи, человека, которого по праву можно назвать ветераном нашего джаза. Он много сделал,он много видел и, к нашему всеобщему счастью, многое запомнил. Однажды, грея свои старенькие косточки на ка-ком-то пляже, он заснул, и приснилось ему, будто написал он книгу о том, что с ним произошло. Большинство людей не верят во сны, немногие верят и ломают себе голову: что бы это могло значить? Наш друг, наш папа не относится ни к той, ни к другой категории людей. Свой сон он понял буквально, как призыв к действию, и - написал книгу. Книгу воспоминаний
. Книгу, которая, на мой взгляд, должна побудить многих очевидцев и участников событий тех далеких дней, дней рождения и становления нашего джаза, взяться за перо, напрячь свою память и оставить для наших потомков то, свидетелями чего мы были.

Мы печатаем “журнальный вариант” этой книги. Признаться, я не знаю, что такое журнальный вариант, но коль скоро такое понятие существует, и мы его употребили, то нужно некоторое разъяснение. Всё очень просто: в любой момент повествование может оборваться по желанию автора, читателей или по воле обстоятельств (журнал есть журнал, это не книга, которая уже написана, отредактирована и напечатана), во-вторых, коль скоро журнал наш семейный и предназначен для очень узкого круга людей, в журнальном варианте могут встречаться иные места, которые автор не рискнул бы опубликовать в книге. И даже те крепкие словечки и выражения, которые столь характерны для джазменов и которые могут употребляться в семейном кругу, мы оставили без многоточий, которые появляются в иных книгах.
Ну, а теперь: уан, ту, фри,
фо... “Блюз для своих”,

Юрий Вихарев
1975

Об авторе

2 июня этого года исполнилось 70 лет Валерию Семёновичу Мысовскому.

В истории питерского джаза В. С. - личность легендарная... На барабанах В. С. начал играть в 1951
году (ещё при Сталине
)...

В 1958 году был одним из основателей первого
советского джаз клуба
“Д-58”, в котором прочёл первую лекцию о джазе.

В 1960 году ему в соавторстве с В. Фейертагом удалось издать брошюру “Джаз”, из которой советские люди впервые смогли почерпнуть достоверную информацию об импровизационном джазе.

С появлением “Квадрата” (декабрь 1964) В. С. -
одна из ведущих и наиболее эрудированных фигур
лекторской группы клуба. Принимает участие во всех
лекториях клуба, часто одновременно и как лектор и
как музыкант.

Один лекторий (из 6-и лекций) В. С. проводит по
собственной книге “Основы ритмики джаза” (до сих
пор не издана).

В 70-е годы делает блестящие переводы “Расска-
зов о джазе” и книги Боба Рейзнера “Пташка”.

В 1966 году в составе квартета Р. Кунсмана становится лауреатом 2-го Ленинградского джазового
фестиваля.

В 1967 - в составе трио Юрия Вихарева - между-
народного Таллиннского.

После распада трио Вихарева становится лидером своих ансамблей.

С начала 70-х и до начала 90-х ансамбли В. С. (как правило трио) постоянно выступали на сцене “Квадрата”, в абонементных концертах В. Фейертага, участвуют в “Осенних ритмах” и фестивалях “Джаз над Невой”.

Любовь Валерия к барабанам и музыке просто по-
разительна. Ещё недавно (до болезни) он, несмотря
на возраст, таскал на себе чемодан с барабанами
через весь город ради репетиции!..

...“Свои” давно признали В. С. Он почётный член
“Квадрата”. Навечно прописан в “Галерее Славы”
“Джазфилармоник холла”. В 1998 году пришло и официальное международное признание. По случаю 40-летия “Д-58”, из рук посла США и Билли Тэйлора
он получил диплом лауреата премии Виллиса Коновера.

Президент джаз клуба "Квадрат"
Натан Лейтес


Отрывки из книги (выбраны наугад).

………Тромбон я вручил А. Канунникову, который учился
старше курсом. На вопрос, умеет ли он хоть немного играть
на этом инструменте, он с некоторым даже возмущением
ответил: "А как же?! Конечно!" Лет десять спустя он мне
признался, что в тот же вечер побежал в кинотеатр смот-
реть, как вообще-то нужно держать тромбон в руках. Но
зато его дядя играл раньше в оркестре самого Утёсова, и,
между прочим, на тромбоне. Это было доказано фотогра-
фиями. И точно, в первой послевоенной программе Утёсо-
ва вспоминаю маленького тромбониста, который после
соло делал стойку на руках и какие-то акробатические
кульбиты. При этом оркестр шпарил "джаз", а публика виз-
жала и писала кипятком.
Великая всё-таки тогда была темнота,……….



……….
.Вот они - первые уроки ненависти к коммерции
и презрения к почтеннейшей
публике. Отсюда же почти благоговейный трепет перед
настоящим, "фирменным" джазом, который иногда удава-
лось послушать на чудом попавших в руки пластинках. Само
собой, понятия о квадрате и в помине не было - "импрови-
зом" называлось бурное, беспорядочное извержение кас-
када звуков (почти как в сегодняшнем авангарде!), не имев-
шее обычно никакой связи с мелодией. Но зато был энту-
зиазм. Некоторые мастера "импровизов" сохранили своё
искусство в почти не изменившемся виде и по сей день.
Года два тому назад играл я с одним старым знакомым
Аркадием К. Пианист долго пытался договориться с ним о
тональности, но напрасно:
- Старик! Ты давай балди, а я насандалю.
И понеслось. Даже видавший виды маэстро за фоно опу-
пел, но нужно признать, стойко вынес пытку и даже внёс
свой вклад в неописуемое лопотание саксофона. А когда
номер кончился, я, вытирая дрожащими руками пот со пба,
боялся поднять глаза в зал, виртуоз бодро спросил:
- Ну, парни, над чем работаем?
Но тогда все так играли или, в лучшем случае, что быва-
ло крайне редко, выигрывали написанные на ноты дубовые
"импровизации". Впервые я услышал квадратные импро-
визации гораздо позже, когда я попал в джазовую группу
(огглуреорй студентов из Консерватории (Лискович, Лукьянов, Кухо-
лев, Прокофьев, Иоффе, Мошкович и др.). Однако до этого
мне пришлось пройти долгий путь по ухабам халтур и танце-
вальных вечеров. Кстати, свою первую халтуру, то есть
игру за деньги (целых двадцать пять рублей на рыло - по
старым деньгам, конечно) вспоминаю смутно. Наш "эст-
радный коллектив" осуществил её в некой столовой с мок-
рыми зелёными стенами и весёлыми пьяными сотрудника-
ми в грязно-белых халатах. Помню только, что за скуднос-
тью репертуара мы бесконечно повторяли "Караван" Ай-
вазяна, и что под конец, когда от поднесений были уже
крепко выпимши, весь бэнд, как один человек, ревел: "Ша-
гай вперёд, мой караван, огни мерцают сквозь туман", а
играл один тромбон Канунникова, да я постукивал.
Я чувствовал, что начинается новая, весёлая жизнь.
Трудно сказать, что прежде всего притягивало к джазу -
скорее всего хотелось чего-то яркого, хотелось как-то очи-
стится от музыкального говна, окружавшего со всех сто-
рон, но с чисто музыкальной точки зрения - конечно,
ритмика и невероятность звучаний. Интересно, что с
самого начала я чётко понимал, что в плане "карьеры"
весь. этот джаз принесёт мне только вред, но... хоте-
лось чёрт возьми, поиграть эту музыку, потому что она
такая лихая, раскованная и напролом ломит своим рит-
мом и звуками по медным лбам и не заискивает перед
публикой, а кроет, как хочет!…………………….


Сайт создан в системе uCoz